Незнакомый Рудольф… Дневник его первого балетного педагога Удальцовой-Агаповой Анны Ивановны

Незнакомый Рудольф…
Дневник его первого балетного педагога
Удальцовой-Агаповой Анны Ивановны
КНИЖНАЯ СЕНСАЦИЯ!

Дорогие друзья!
Вышло из печати долгожданное исследование!
Представляю вам плод 8-летнего труда: книгу «Незнакомый Рудольф: дневник его первого балетного педагога Удальцовой-Агаповой Анны Ивановны».  
Впервые – уникальные дневники и архивные документы! Взгляд ИЗНУТРИ на становление гения Нуреева глазами человека, первым открывшего ему путь в мир балета.  
530 страниц откровений. Не пропустите шанс узнать Рудольфа с неизвестной стороны!
«От Шипки до пуантов»
(Хроника одной семьи в вихре истории)
1877 г. – отец-гренадер держит оборону на перевале.
1914 г. – его дочь отказывается от участия в «Русских сезонах», говоря: «Мой фронт – здесь».
1935 г. – её муж, полковник, отправлен в ГУЛАГ, а она – в уфимскую ссылку. Но её «боевой пост» – балетный класс.
1961 г. – её ученик Рудик – предатель?!
Нет. Недоразумение, ставшее мостом между Ленинградским училищем и миром.
Париж, пропитанный памятью о дягилевских «Сезонах», узнал в Рудольфе родственное пламя. Когда он танцевал «Сильфиду», за его спиной вставали тени Павловой, Нижинского... Казалось, сама история балета шептала: «Продолжай».
Его клеймили. Но что значат ярлыки перед лицом вечности?
Он стал «живым архивом» русской традиции, где слова были бессильны – говорило тело. Аплодисменты Запада доставались не «предателю», а тем, чьи имена остались за железным занавесом: педагогам, репетиторам – «гениям, чьё наследие он нёс как реликвию».
Его танец раскололся надвое:
– «Русская школа» – в мышцах;
– «Тоска» – в сердце.
Париж видел триумф, а Нуреев – сны о Кировском, где его больше не ждали.
«Русские сезоны» Дягилева объединили. Его «побег» – разделил.
Надевая трико для «Жизели», он прятал под гримом тоску – ту, что грызла сердце ядом: «Родина, ты простишь?»
Но когда свет софитов выжигал боль, а оркестр играл Чайковского, он становился «крылатым послом». Не России границ – «России души». Каждое «антраша», каждый бросок в воздух словно кричали: «Смотрите! Это не я, это они. Мои наставники. Моя школа. Моя Родина, которую я не могу унести в паспорте, но могу пронести в танце».
Запад, завороженный, видел в нем весь русский балет:
– его «страсть»;
– его «дисциплину»;
– его «безумие».
И аплодировал стоя – Им! Тем, кто остался за железным занавесом.
«Браво, Рудольф!»
«Браво, Пушкин!»
«Браво, страна, что даже в изгнании учит летать!»
Эта книга о настоящем патриотизме, который проявляется не в лозунгах, а в:
– сапогах, стертых до дыр, и пуантах, истоптанных в уфимских классах;
– письмах, которые прятали даже от самих себя;
– вере, что сильнее расстрелов и ссылок.
«Мы не герои. Мы просто не умели иначе». – Анна Удальцова-Агапова.
Эта книга рассказывает о семье, для которой судьба маленького уфимского мальчика Рудольфа Нуреева стала частью их истории.
Его не готовили к сцене. Но судьба подарила встречу с Анной Удальцовой-Агаповой – бывшей танцовщицей дягилевской труппы.
Именно эта встреча и стала для него началом его невероятного пути к успеху.
Её семья, её уроки, невероятная сила воли и несгибаемая стойкость – всё, всё это стало ступеньками, по которым Рудольф из уфимской нищеты поднимался к мировой сцене.
Она не только обучала его искусству танца, она учила его:
– вставать после каждого падения;
– продолжать гореть, даже когда вокруг лишь пепел;
– верить в себя, даже если никто другой не разделяет эту веру.
Он взлетел на мировой Олимп, оставив за спиной её скромный класс.
Но разве возможен полет без тех, кто первым расправил тебе крылья?